Алексей Левин: «Кино – это средство коммуникации с миром»

27.09.2021
29 января 2021 | Надежда Бойкова

Фото из личного архива Алексея Левина

В Кузбассе завершается неделя показов победителей, лауреатов и лучших фильмов «Эхо кинофестиваля «Видение». Сегодня короткометражки увидели зрители Тайги, завтра «Эхо» прокатится по Киселевску. Мы посетили зал ГАУК «Кузбасскино» в областной столице, оценили качество лент и побеседовали с одним из организаторов «Видения», известным киноманом и кинообозревателем Алексеем Левиным.

Кино должно быть разным

– Алексей, вы давно увлекаетесь кинематографом. Это хобби?

– Это вторая часть моей жизни, и она в каких-то аспектах главнее, чем первая, профессиональная. Фильмы смотрел всегда, сколько себя помню. Когда учился в школе, я очень сильно хотел стать актером, потом режиссером. Была идея уехать в Москву, поступать во ВГИК. Но у меня потомственная династия: мама, бабушка были медицинскими работниками. Я поступил в медицинский и уже 24 года работаю участковым врачом-педиатром. Но врач я один из многих, поэтому в общественном пространстве как врач не выступаю. Я вел программу «Киноамбулатория» на местном ТВ, я работал на радио «Кузбасс FM», вел кинорубрику, постоянно с кемеровскими кинотеатрами. Вот сейчас счастлив работать в «Кузбасскино».

– Почему решили не ограничиваться уровнем простого кинолюбителя, а пойти дальше, то есть начать популяризировать кино в нашем регионе?

– Меня всегда немного обижает позиция в отношении кино, что это развлечение. Народ привык к тому, что театр, классическая музыка и живопись – это искусство. Я с самого раннего детства начал смотреть хорошие фильмы: и Тарковского, и зарубежную классику, которую удавалось посмотреть в советские годы. Тогда у нас проходили выездные смотры московского кинофестиваля, и я мальчишкой пробивался на них. Речь о чем? Я точно знаю, что кинематограф может быть точно таким же развивающим искусством, дополняющим внутренний мир человека, как и любой другой вид.

– Миссия кино вообще какова? Ведь оно не должно быть только коммерческим. Вы продвигаете кино, несущее смысловую нагрузку…

Кино очень четко, внятно и точно говорит о проблемах, с которыми мы сталкиваемся в жизни, и решения которых зачастую не знаем. Кинематограф, как и хорошая литература, подает нам определенные архетипы того, что происходит в мире, и если у тебя есть способность эти архетипы определить, ты можешь воспользоваться ими как подсказками. Есть сложные фильмы, через некоторые нужно пробиваться. Когда я смотрел «Фауста» Александра Сокурова я в оченьмногих случаях не понимал, о чем говорит режиссер. Но я хотел разбираться и вместе с этим фильмом идти дальше.

Безусловно, нельзя смотреть только сложные авторские фильмы. Периодически нужны и блокбастеры, и глупые комедии. Таким образом немного очищаешь свои мозги, чтобы потом, когда ты встретишься с хорошим сложным кино, тебе было бы легче распознавать его.

– Назовите несколько достойных, на ваш взгляд, фильмов и режиссеров.

– Могу перечислять до утра. Любимый фильм – это «Фарго» братьев Коэн. При просмотре мне не хочется в нем поменять ни одного кадра. А тот режиссер, который занимал самое большое время в моих предпочтениях, – это Ларе фон Триер. Очень люблю «Догвилль» и «Танцующую в темноте». Считаю, их нужно посмотреть всем.

Ласточка – не младший брат орла…

– Фестиваль «Видение» масштабен. Каков его главный посыл?

– К моменту создания «Видения» уже достаточно давно существовал фестиваль «Молибденовый лопух» в Гурьевске. Я был среди его организаторов, и мне очень захотелось, чтобы подобное киномероприятие проходило и в городе Кемерово. Мы со студентами, которые провели первое «Видение», наметили план действий, и так из года в год фестивальная кухня для нас раскрывалась. Главная задача – чтобы фестиваль постоянно был набит хорошими картинами.

Лозунг фестиваля «Покажи свое видение мира». И он все объясняет. Режиссеры могут снимать о чем угодно. Главное, что это авторский взгляд на ту или иную проблему. Если это видение пленяет, значит, это наш фильм.

Нам присылают работы со всего мира и со всей России. К сожалению, региональный кинематограф в России не очень развит. Основная часть фильмов, попадающих в конкурс, из Москвы или Санкт-Петербурга, поэтому мы стараемся обращать внимание на ленты из провинциальных городов.

Фильмы присылают студенты творческих вузов, профессиональные режиссеры, любители. Однако «Видение» в главные свои принципы вносит высокую профессиональную техническую работу.

– Кажется, что короткометражки меньше любят. Или у них своя аудитория?

– Короткометражки на самом деле гораздо лучше полного метра. Если полнометражное кино не понравилось, приходится терпеть, досматривая. В коротком метре, если тебе какой-то фильм не понравился, 5-10 минут, и начнется другой, который, возможно, придется тебе по душе. У нас такое отношение к короткометражному кино, будто это младший брат полнометражного. Это неправильно. Ласточка – не младший брат орла.

– Алексей, за 13 лет проведения фестиваля как-то изменилась тематика сюжетов, приемы режиссуры, операторской работы? Каковы тенденции и табу современного кино?

– Фестивалю уже 14 лет, просто в один год не было конкурсной программы, хотя спецпоказы мы устраивали. Безусловно, техническое мастерство растет. Звук, операторская работа, монтаж – все на несколько уровней выше. Но раньше фильмы были интереснее по задумке, авторской лихости. Сейчас они степенные, серьезные, очень правильные. Это с одной стороны, хорошо. Но иногда хочется какой-то бесшабашности. У нас есть программа «Треш, угар короткого метра», где мы стараемся собирать именно такие картины.

Что касается тематики, два-три года назад была ситуация, когда российские режиссеры вообще не обращались к современности, а уходили в жанровые ниши, в историю. Сейчас ситуация изменилась. Мы получили несколько картин, рассказывающих о сегодняшнем времени. А если говорить о табу, отличительная особенность последнего «Видения» – это обращение зарубежных режиссеров к проблеме «Me Тоо» (хештег, осуждающий сексуальное насилие, получивший распространение в результате скандала и обвинений кинопродюсера Харви Вайнштейна, – прим.автора), феминизма, гендерного равноправия. Российские режиссеры этой тематики практически не касаются, что печально.

Зритель ждет!

– А в Кузбассе есть свое кино?

– В прошлом году у нас вообще не было заявок из Кемерова. Это обескураживало. В этом году пришло семь заявок из Кузбасса. Несмотря на то, что фильмы были не очень высокого качества, мы решили их отметить. Провели специальную программу, пригласили местных экспертов и устроили разбор картин. Три часа пролетели незаметно.

– Каков зритель в Кузбассе?

– У нас определился свой зритель, который ждет и спрашивает: «Когда фестиваль?». Меня радует, что каждый год появляются новые лица. С численностью проблем нет, во все дни аншлаги. Хотелось бы, чтобы молодежь пришла, аудитории 18+ у нас мало, чаще бывают люди 25+ и старше. Хочется, чтобы картины, которые касаются очень важных для молодежи проблем, смотрел молодой зритель.

– Алексей, для чего проводится «Эхо фестиваля «Видение»? И что вы пожелаете тем, кто по-прежнему скептически относится к авторскому кино?

– Во-первых, мы хотим показать любимые фильмы зрителям. Кто-то соскучился по этим картинам, и нет возможности посмотреть их в интернете. Во-вторых, мы хотим показать фильмы-победители тем, кто не попал на сам фестиваль. Таких просьб очень много.

Кино может быть разным, хорошим и плохим, разнородным по жанрам и хронометражу, но это то, что вдруг в какой-то момент определяет наш взгляд на окружающую действительность и взгляд окружающей действительности на нас. Для меня – это самое эффективное средство коммуникации с миром. Я пожелал бы всем просто смотреть кино.

Оригинал статьи

(Visited 9 times, 1 visits today)

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *