Нити истории: просто о сложностях традиционной народной вышивки 

Надежда Костромина — народный мастер Кузбасса по народной вышивке. В 2023 году совместно с другими мастерицами создала “Вышитую карту Кузбасса” в рамках проекта “Вышитая Россия”, активная участница проекта “Узоры Кузбасса”.  Список общественной деятельности Надежда можно перечислять долго: мастерица участвует во множественных экскурсиях, выставках и проектах, а также ведет занятия для желающих обучиться этому древнему мастерству. Ее ученики могут не только создавать традиционные полотна, но и даже авторские работы на основе народных приемов. О тонкостях дела, о том, как одно полотенце может стать ключом к происхождению предков и об особенностях вышивки у разных народов — рассказала Надежда. 

Как вы заинтересовались традиционной народной вышивкой?

У нас дома остались от моих предков два рушника (вышитые полотенца). На одном даже ориентировка есть — 1907 год. Их привезли мои предки из Украины, которые сюда пришли в начале XX века. Пришли — это не фигуральное выражение. Пришли именно своими ногами с обозом. И полотенца хранились у нас — один вышит крестиком, а другой — гладью. Мне они очень нравились. Думала, что я такого никогда не сотворю — это вообще какой-то высший пилотаж. Ну вот так вот они и лежали почти полвека моей жизни. Но потом я решила, можно сказать, потягаться со своими предками в умениях создавать такие вещи.

Как вы начали этим заниматься?

Другими рукоделиями я с детства занималась, поэтому сложностей не было.  Мне новостная лента обычно выдавала какие-то вязальные вещи. И совершенно случайно мне лента выдала интернет-курсы по народной вышивке. Я туда пошла.

Какими были ваши первые шаги в представлении своих работ в общественной деятельности?

Областный центр народного творчества пригласил меня сначала на областную выставку. Она называлась “Вышитая картина”, и там была номинация “Традиционная народная вышивка». И в следующем году пригласили на “Кузнецкую вольницу”, фестиваль казачьей культуры, который проходит ежегодно. Потом были “Шукшинские дни” к юбилею Шукшина, как раз ровно 5 лет назад, то есть получается август 2019 года. Мы тоже со своими работами выходили.

Техники вышивок каких народов вы используете в своих работах?

Я вообще занимаюсь тем, что мне не интересно. Какой-то специальной задачи мне никто не ставит. Первый интерес — это, понятно, интерес к своим корням: вышивка славянская, русско-украинская. У меня напарница была, тоже высочайшего уровня мастер. Она, как и я, русской вышивкой интересовалась приоритетно, а еще северо-уральской: пермяки, удмурты. Получалось, когда мы вместе выходили, у нее было больше северных русских вышивок, у меня — не то, что больше, но  были представлены южно-русские, украинские. А когда вышивали “Вышитую карту Кузбасса” в рамках проекта “Вышитая карта России” мы разбивали не из любви разбирались орнаменты. Это было художественным строем карты обусловлено: темные снизу, светлые сверху, более крупные снизу, более мелкие сверху. Так получилось, что чувашским орнаментом у меня и до этого был вышит сурпан чувашский, и вообще чувашская вышивка меня захватила. И вот поэтому так расположилась наверху мелкая, светлая Чувашская вышивка. А немецкая тоже получалась, что она на светлом фоне. Ну и нам надо же было, чтобы рисунки не сливались по своей тематике. То есть, все эти немецкие рядом с цветами Татарскими, чтобы они не сливались, хотелось разнести их композиционно.

Чем отличаются техники у разных народов?

До нас именно в чувашской народной вышивке дошло больше количество швов, даже чем в русской. Отличаются не столько приемы, сколько цветовые решения, композиции, что изображается и на чем. Потому что, если мы будем брать такой, ну, всем известный узор — звезду, то у удмуртов она часто черная, а в славянской вышивке она обычно красная. У народов Поволжья, в том числе и чувашей она другого цвета, потому что другие природные красители использовались. И на каких элементах изображались? У кого-то на полотенце, у кого-то на рубахах. Какие-то элементы, например, в украинско-белорусской такие есть элементы, которые только на рубахах изображаются, а на полотенцах они не встречаются. Нельзя сказать вне контекста.

Какие существуют материалы для вышивки у различных народов?

Вышивали в основном натуральными нитками. ТО есть, будем брать территорию России — это лен, конопля, хлопок. Тоже использую натуральные нити, но уже современные в основном, хотя предпочитаю сейчас делать реплики вещей на старинном домоткане, который пытаюсь находить в интернете, то есть, это то, что ткалось. Кто-то из знакомых, чтобы не выбрасывать те полотна, которые ткали бабушки, которые лежали по полвека, а то и больше — дарят мне. И они идут в дело — я вышиваю полотенца или из них я шью костюм себе

Можете ли вы описать процесс создания своих работ?

Вот мне что-то понравилось. Просто возьмем конкретное описание последнего моего проекта, который сейчас в работе. Чтобы далеко не ходить. Сейчас я вышиваю северно-русскую вышивку. В так называемых строчевых техниках. Строчевые техники – это значит вышивки по прореженным тканям. Там либо весь фон, приходится продергивать нитки и делать сетку, либо какие-то участки этого полотна становятся сетчатыми. Я люблю сетку. Это очень трудоемко, но все равно интересно.
Я увидела полотенце в книге Бакировой «Народная вышивка пудовья». Это было еще года три назад, но все руки не доходили, и наконец они у меня дошли. То есть что, или я вижу полотенце в каком-нибудь музее, либо сама фотографирую, либо есть сейчас прекрасный ресурс госкаталог музейного фонда Российской Федерации. Схемы составить очень трудно, но вот я стараюсь либо найти в хорошем разрешении, либо в печатных каких-то местах, либо стараюсь оставить схему, потому что по большей части я вышиваю в счетных техниках. Если техника несчетная, по свободному контуру, то стараюсь приближенно нарисовать рисунок. Потом по свободному контуру он переносится на ткань, то есть на ткани рисуется карандашом, например. А так как, счетные вышивки делаются по счету нитей ткани, там не надо переносить. То есть ты смотришь либо на то изделие, с которого ты переносишь непосредственно, либо на схему, которую ты нарисовал. И по счету ниточек шьешь месяц, два, иногда больше. Вот сейчас у меня вот в работе 70 часов уже отшита, еще одна половинка не готова.

Зачем нужен ручной труд для сохранения культурного наследия?

Для меня это сохранение тех навыков, которыми владели предки. А далее — контекст, для чего они это делали.  Это очень тесно связано с изучением истории: истории края, истории рода, истории конкретной местности, конкретных вещей даже порой. Был случай, когда вот здесь в Кемерово женщина одна, зная, что я занимаюсь вышивкой, принесла полотенце, которое находится в достаточно хорошей сохранности. А женщине уже больше 70-ти, и полотенце вышивала, как она говорит бабушка ее мамы, то есть ее прабабушка. И, исходя из поколений, мы посчитали в какой примерно промежуток это полотенце было вышито. Получилось у нас с 1850 по 1870 год. Почему так можно говорить — потому что эти вещи вышивали с девушками до замужества. Когда она выходила замуж, там уже было не до вышивки полотенец. Полотенцами она уже пользовалась практически всю жизнь
Много она себе не вышивала, она могла вышвырнуть рубаху., И то, старались делать заготовки еще в молодости, чтобы потом этим не заниматься. Дальше занимались уже другими делами. И вот исходя из этого, мы примерно установили, когда это вышивалось. Но у них была прервана связь поколений, и эта женщина не знала, откуда приехали ее предки. Я спросила у нее разрешение, чтобы сделать копию с полотна. И по фотографиям я нашла ткань в такой же ширине, стала вышивать. И мне встретились на выставке в Курском музее очень-очень похожих полотенца. И там была именно атрибуция, что это Курская полотенца. То есть у нас уже появилась такая небольшая зацепочка, что, возможно, вот это полотенце, которое хранитсяу них в семье, было вышито там. А почему мы так можем говорить? Потому что в русской вышивке только уже в конце XIX-го, в начале XX века, когда пошли журналы, вся страна стала вышивать одни и те же украинские узоры и в Чувашии, и в Карелии, и в Астрахани, и здесь у нас в Сибири. А до этого ценилась именно передача орнамента из поколения в поколение. То есть девушки обычно вышивали, и ми журналами служили полотенца их предков.  Бабушкины, тетины могли служить. То есть это передавалось как бы из рода в род по женской линии. И именно минимальны были вот эти творческие оформления. В отличие, например, от чувашских сурпанов, где наоборот каждый сурпан, имея приемы вышивки как азбука, там каждая мастерица вышивала свой текст. Поэтому у них двух сурпанов одинаковых нет. А вот в российских, даже если вы в музеях будем смотреть, есть практически одинаковые полотенца в каком-то регионе. Почему? Потому что именно шло копирование. И в чем-то это даже плюс, потому что мы можем проследить, допустим, территорию, мы можем проследить продвижение, если этот город распространен на большей территории. Какую-то историю, какую-то с этим полотенцем, то есть уже в этой семье появилась зацепка, можно опираться, где хотя бы искать своих предков и вот благодаря полотенцу, которому больше 100 лет и которое сохранилось у них в семье. Вообще, практически каждая работа — в какой-то мере исследования.

Зачем это нужно в наше время?

Это передача навыков. Как говорила моя бабушка: “Что умеешь — за плечами не носить”! (смеется). Потеря навыков не всегда бывает хорошей. Пусть лучше сохранится, чем исчезнет. Я начала рассказывать об этом, вести клуб традиционной вышивки, потому что с наших прошлых выходов были просто ошеломляющие вопросы. Первый — как этим вытирались? (смеется) А второй — почему у вас такой странный крестик? Хотя тогда у нас не было ни одного полотенца, вышитого крестом. Мы сознательно от нее отказались, потому что она более поздняя: не имеет такой привязки к истории, как более ранние техники. И нас спрашивали — а если не крестик, тогда гладь? И тогда мы поняли, что нужно рассказывать, что этими полотенцами не вытирались, это предмет обрядово-ритуальный, о том, что вышивали не только крестиком, а есть гораздо а есть гораздо более интересные техники и более изящные техники, которые точно не крестик. Вот так вот у нас создавалась коллекция с Ольгой Васильевной Ивановой. У нас мало было пересечений, даже если было пересечение в техниках, то не было пересечений в сюжетах. И мы вот так взаимодополняли друг друга, и у нас достаточно много получилась работ, с которыми мы вот вступили как раз в проект “Вышитая карта Кузбасса”. А вот получается с Ольгой Васильевной у вас тут.
Ну, когда-то мы в одном клубе рукодельниц познакомились, и она говорила, что хочет вышить в полотенце, как у бабушки. И когда я встретила информацию об этих курсах, я нашла ее в соцсетях, чтобы спросить, проходила она эти курсы или нет. И вот так, слово за слово, мы с ней заобщались. Она уже вышла первая полотенца, как у бабушки, а я пошла на эти курсы, тоже стала вышивать, и мы с ней, вот с 2018 года вместе уже выходили участвовать в конкурсах, фестивалях, вместе выходили на разные мероприятия. И для меня, конечно, больно об этом говорить, потому что это году ее не стало, к сожалению, она не успела получить звание народного мастера.
Мы вместе с Ольгой ездили, например, в Волгу на конференцию по традиционному русскому костюму. Почему нам туда слишком захотелось? Потому что, во-первых, Вологда – это такой один из сохранившихся очень богатых заповедников русской вышивки и костюма, где много есть экспонатов, которые ты можешь, если не потрогать, то близко посмотреть, сфотографировать. А в Чувашии обучение, можно сказать, состояло в том, что приехав на фестиваль “Вышитая Россия”, нам удалось побывать в единственном, в своем роде, музее в Российской Федерации. Музей Чувашской Вышивки. Не просто искусства, а именно вышивки. У них есть целый музей. Для нас такое шикарное такое богатство и туда получилось попасть, походить, пофотографировать, пообщаться с работниками музея, позадавать им вопросы. И это тоже обучение, мы учимся и руками, и глазами, и много еще как.

Что для вас значит быть народным мастером Кузбасса по традиционной вышивке? Как вы себя чувствуете?

Прекрасно! Во-первых, в этом статусе я недавно, только с конца марта этого года, поэтому во всей полноте я еще не почувствовала, но по крайней мере, во-первых, да, меня уже узнают. Обычно говорят, ой, без костюма я вас не узнала, потому что мы сразу взяли достаточно высокую планку и выходили на мероприятия в костюмах, ну, либо очень близких к репликам, либо прямо в репликах костюмов, чтобы приучать народ не к стилизованным нарядам советских времен типа Калинка-Малинка, а так, как одевались предки. Чем еще было хорошо, у Ольги остались не в очень хорошем состоянии одежда от ее бабушки, но она не могла это надевать, потому что бабушка была маленького роста, но по ним она себе костюмы создавала. А я создавала по музейным образцам.

Какие у вас чувства, эмоции вызывают процесс создания?

Процесс у меня в отличие от вязания, от которого я кайфовала, поначалу процесс вышивки мне удовольствие не доставлял никакого, я работала на результат. Мне надо было создать образ. Образ у меня вызывал восхищение — я восторженная, ходила по дому несколько дней и восхищалась этим. Как в любом техническом деле в спорте или где-то, когда у тебя уже доходит до автоматизма твои моторные навыки, ты уже не столько обращаешь внимание на них, сколько уже больше можешь творить: когда фигурист не думает, как конек поставить, а думает, как выразить образ, потому что конек у него уже ставится практически автоматически, так и здесь. Поэтому мне приятно вышивать сейчас. Своего рода медитация.

Что бы вы могли порекомендовать тем, кто хочет заняться народной вышивкой?

Как всегда начинать с малых форм. У каждого народа есть те вышивки, с которых девочка училась вышивать. И это самые простые стежки, простейшие орнаменты, какие-то небольшие каемочки. И вот когда я начинаю свои курсы по вышивке, мы начинаем с маленьких узеньких каемочек, которыми вы можете украсить всё, что угодно: cалфетку, скатерть, если вы в три ряда эти каёмочки разные сделаете, у вас вот такой получится шикарная скатерть, которая на очень маленьких простых элементах основан, но для скатерти надо большое терпение.

Но важна также и большая насмотренность: необходимо знать, как это выглядит, даже для создания обобщенного или стилизованного образа. Надо проводить тонкую грань между пониманием традиции, авторской работы и обобщенного образа. Да, моя ниша это вот традиционная. Я показываю, рассказываю, обучаю навыкам. А вы можете это применить и в современном костюме. Вы можете вышить себе так юбку, сумку, спину у рубахи. Это будет ваша авторская работа, что не умаляет ни красоты изделия, не умаляет ни вашего труда вложенного, или того мастера, у которого вы приобрели такую рубаху.

Чернядьева Полина